Морозко

Жили были на белом свете дед с женой и дочкой. Дружно жили, хорошо. Да вот только однажды жена умерла, и остался дед на белом свете один с дочкой. Долго ли, недолго горевал, а женился заново. Да вот только взял он в жены бабу сварливую и недобрую. У бабы той тоже дочка была, да только баба свою дочку все по головке гладила, а падчерицу невзлюбила.
Все хозяйство дедова дочка делала: и воду, и дрова в дом носила; и за скотиной ухаживала, поила-кормила ее и доила дважды в день; и дом мела, и печку топила, и еду готовила. А родная дочка только на печи валялась, да леденцы на палочке ела. Да только баба все равно не успокаивалась, и с каждым днем все больше на падчерицу бранилась. И решила она тогда дедову дочку со свету сжить.
Пристала к деду и говорит:
- Бери дед свою дочку, и вези ее с моих глаз подальше куда хочешь. Чтобы уши мои о ней больше никогда не слышали, а глаза никогда не видели! И не куда-нибудь к родным в теплый дом, а в глухой лес да на лютый мороз! А не то я и тебя самого со свету сживу!
Заплакал дед, а деваться ему некуда, вот посадил он родную дочку в сани в одном легком полушубке, и повез ее в глухой лес на лютый мороз. Приехал в чащу непроглядную, высадил дочку под деревом, поцеловал ее, развернул лошадь, да уехал поскорее, чтобы смерти родной кровинушки не видеть.
Бедная дочка под лапу еловую присела, платком дырявым запахнулась и замерла. А в это время рядом сам Морозко проходил. Увидел он: девица красная под елкой в сугробе сидит, замерзает, подобрался к ней недалеко, и говорит:
- Я Морозко. Тепло ли тебе, девица? Тепло ли тебе, красная?
Тепло дедушка Морозко, тепло миленький. – отвечает дочка.
Тогда Морозко еще сильнее холоду напускает, с елки на елку перепрыгивает, ветками потрескивает.
-Ну а теперь тепло ли тебе девица? Тепло ли тебе, красная?
-Ой тепло, дедушка, тепло родненький. – отвечает девица посиневшими от холода губами.
Еще ближе морозко подбирается, совсем холоду на бедняжечку напускает:
-И теперь тепло тебе, милая? Тепло, красавица?
- Тепло Морозушко, тепло. – отвечает дедова дочь, а сама уже и языком от холода еле шевелит.
Тут Морозко девушку пожалел, шубу теплую со своего плеча снял, да ее укутал.
Отогрел, а потом и спрашивает:
-Это кто ж тебя на лютую смерть в лес завез?
Заплакала тогда девушка, да и рассказала Морозке все про жизнь свою горькую. И как мачеха ее со свету сживала, а свою дочь в платки красные наряжала. Рассердился тогда Морозко, и сказал:
-Ты дочка, не грусти. За то, что ты все хозяйство вела, и столько натерпелась, я тебя награжу. И подарил он дедовой дочке сундуки с золотом, мехами собольими, да камнями драгоценными.
А дед в это время дома сидит, да дочку оплакивает. Сидел, сидел, да и не выдержал. И говорит старухе:
-Злая ты и глупая баба! И меня глупым сделала! До чего додумался: дочку родную в лес увез! Будь что будет, а дочку погубить не дам!
Собрался, сел в сани да и поехал в лес спасать кровинушку. Летит, торопится. Приезжает, а дочка его под деревом сидит в шубе теплой, в платке пуховом, а перед ней стоят сундуки с сокровищами царскими, Морозко подаренными. Обрадовался дед, погрузил все сундуки в сани и повез дочку домой.

А дома старуха сидит, блины печет, поминки по падчерице справлять готовится. А под столом собачка сидит и тявкает:
-Тяв, тяв. Дедову дочку с подарками да золотом везут, а старухину дочку замуж не берут.
- Неправильно тявкаешь, скажи: старухину дочку замуж возьмут, а стариковой – одни косточки везут!
А собачка все свое:
-Тяв, тяв. Дедову дочку с подарками да золотом везут, а старухину дочку замуж не берут.

Тут ворота раскрылись и во двор сани въехали. Увидела старуха, что дедова дочка приехала живая-здоровая, да с подарками царскими. Узнала у падчерицы, что Морозко к ней приходил – и пристала к деду:
Скорее старик, запрягай лошадей, да вези мою дочку в лес к Морозко за подарками. Посади ее на то же место, куда и свою дуреху. Моя красавица вдвое больше богатства от Морозко получит. А сама надела дочку в тулуп теплый, укутала платками пуховыми и пирожков корзинку нагрузила.
Посадил дед старухину дочку в сани, отвез ее в лес, да и высадил на том месте, где дочку оставлял. А сам домой уехал.


Долго ли, коротко ли, а идет по лесу Морозко. Видит: сидит под деревом укутанная бабина дочка, да пирожки за обе щеки уплетает. Подобрался Морозко к ней поближе, и говорит:
- Я Морозко. Тепло ли тебе, девица? Тепло ли тебе, красная?
-Да ты что, дед! Холодно, конечно.
Морозко от слов таких сам дар речи потерял, и еще сильнее холоду напускает, с елки на елку перепрыгивает, ветками потрескивает.
-Ну а теперь тепло ли тебе девица? Тепло ли тебе, красная?
-Ты что, издеваешься, старый? Не видишь, замерзаю совсем! Давай скорее подарки, некогда мне! – отвечает дочка.
Ах так! -Рассердился Морозко, да и заморозил старухину дочку совсем за глупость ее и грубость.
А старуха в это время дома ее встречать готовится:
Поезжай, — говорит, старый, в лес, да вези мою дочку домой! Ей Морозко, наверняка, злата да серебра много сундуков насыпал. Да аккуратнее вези, золото не рассыпь!
А собачка под столом:
-Тяв, тяв. Дедову дочку замуж возьмут, а старухиной дочки из лесу косточки везут.
Баба ей кричит:
- Не ври! Скажи: старухину дочку в мехах со златом везут да замуж возьмут!
А собачка все свое:
-Тяв, тяв. Дедову дочку с подарками да золотом везут, а старухину дочку замуж не берут.
-Тяв, тяв. Дедову дочку замуж возьмут, а старухиной дочки из лесу косточки везут.
 Тут ворота раскрылись и во двор сани въехали. Увидела старуха, что Морозко ее дочку совсем заморозил, заплакала, запричитала, а ничего уже и сделать нельзя. Сама своей жадностью и глупостью ее погубила.